lesia_incolore (lesia_incolore) wrote,
lesia_incolore
lesia_incolore

Categories:

Отчет с ПРИ "Ведьмак - Меч Предназначения" 2019 год МГ "Война и Мир"

Леся Листочек – жрица Мелитэле, странствующая целительница

Часть 1
- Ох, сколько не виделись, подруженька. Присядем, обогреемся, добрый хозяин вина горячего принесет. А мы пока молитву прочтем:
Мелитэле - Великая Мать
Всего Сущего.
Богиня не судящая, не карающая,
но дарующая любовь.
Весь Мир - Ее дитя,
и мы часть Мира.
Мелитэле -  Природа.
В каждом растении, насекомом,
птице или звере,
В каждом из нас
есть  Ее частица.
Так о чем это я?
Ах да, ты просила рассказать, что и как со мной в последнее время приключилось. Ну, слушай, на ус мотай.

В общем, если прямо со среды рассказывать, то решили мы с сестрой Ульрикой на Лисью ярмарку прогуляться. А то уже засиделись в храме, не знаем, что в мире делается.
Матушка Атталика нас благословила, это уж как водится, ну и пошли, пока дождик снова не припустил.
А дороги спокойные, никаких тварей нет, а только люди добрые редко навстречу выходят.
Мы им: «Доброго вечера, да благословит вас Мелитэле!».
А они: «Спасибо»
И при упоминании имени Богини многие улыбаться начинают. Одна девушка сказала, что при храме училась когда-то, а веселый парень, с забинтованным пальцем, попросил нас прийти в Нильфгаард, в военный лагерь, в чайную. Он там завтра будет. Очень хочет про Богиню послушать.

- Благодарю, хозяин, ставь кувшин сюда, я котомку-то уберу.  И каша со шкварками кстати будет.

Ну, вот и вышли мы за такими встречами и разговорами на тракт, и идем с сестрой, беседуем. Мол, чего все боятся? Отличная дорога, безопасная вполне. Темнеет уже, да мы не торопимся. И тут один из добрых путников нам и говорит: «Вы бы, сестры, быстрее шли. Опасно тут, у меня сына десять минут назад убили».
Тут-то мы шага прибавили, дошли до Скеллиге. Аккурат напротив него и поворот, дорожка меж елочек, на Лисью ярмарку.
Добрались туда уже в темноте. Сели в корчме, слушаем музыканта, да смотрим, как посетители в кости играют. Азартно так, с шутками да прибаутками.
У меня есть пять медных, но даже пить не хочется. И так хорошо. Тепло, светло, добрые люди веселиться, а ноженьки наши отдыхают. С самого же Каэдвена шли, не присели.
В общем, славно сидим, вот как мы с тобой сейчас, да только хозяин объявляет, что трактир закрывается, и откроется немного позже.
Из туманных разговоров вокруг ясно, что там будет какой-то секретный аукцион, по приглашениям.
Что же, перебираемся с сестрой Ульрикой на улицу. Там костерок веселый горит. Можно греться, да и юбки, вымоченные в дороге, просушить.
Я бы и домой уже пошла, да только путники, которые, как и мы, греются у огня, рассказывают, что насилу сюда дошли. На дороге разбойники шалят. Четыре трупа по пути встретилось. А в этих вот елочках волкалак бродит, еле убегли.
Получается, нас-то Мелитэле за пазухой сюда принесла. От всех опасностей уберегла. Прочла я молитовку благодарственную и думаю, как мы домой-то пойдем? Вдруг слышу, про Каэдвен кто-то говорит. Гляжу, а это торговый дом Эстер. Я с их караваном часто из города ходила. И сама глава, Мири Эстер тут. На аукцион прибыла.
Ну, со своими-то мы быстро договорились. Обещали нас в обратный путь с собой взять. Да еще и ведьмак с ними будет, проводит.
Не оставила нас Всеблагая Мать милостью своей. Совсем другое дело, когда четыре вооруженных охранника, да один из них ведьмак, идти куда спокойней. А что подождать придется, так куда торопиться?
Сидим, греемся, беседуем. Какая-то лавка горячими булками всех желающих угостила, так совсем хорошо стало.
Наконец закончился тот аукцион. Вышла наша милсдарыня Мири, а с ней ведьмак. Лицо черным закрыто, но говорят, Ламбертом звать. Ну и хорошо.
Собрались мы все. С нами еще два гнома: молодой и старый. В общем, в темноте внушительная толпа.
Сквозь елочки благополучно прошли, если там волколак и был, то носа не высунул.

- Ты ешь, Агнешка, ешь, не стесняйся, я при деньгах сегодня. У купчихи роды приняла. Случай сложный был, ребенок ножками шел. Она уж очень благодарна была. Так что и нам поесть и на благие дела останется.

Так прошли мы, значит, те елочки, добрались до перекрестка перед Скеллеге.
Я плохо видела из-за спин, только слышу, говорит кто-то не из наших: «Вы осторожней, тут лужа, обходите аккуратней». И в этих словах такое напряжение проскальзывает и в воздухе повисает.
Наш отряд останавливается. Мужчины вперед, а мы за спины. Да куда там. Похоже, разбойников больше сильно было. Не знаю уж, где кто. Темно, крики, звон оружия. Я в травку под елкой кинулась и затихла, авось не заметят. Как бы ни так. Платок светлый выдал. Едва глаз мечом мне не выбили. Но не ранили, уберегла Богиня. Зато деньги все, до последнего гроша разбойник забрал. Лишь бы на пользу ему пошли.
Сижу, не живая не мертвая. Осматриваюсь. Похоже, все ушли. Рядом со мной кто-то, как и я, кочкой притворяется, только успешнее.
Я шепчу: «Сестра, ты?».
Так и есть, сестра Ульрика. Цела-здорова. Даже деньги при ней остались. Не заметили ее разбойники.
Обнялись мы и давай рассуждать, что делать. По всему ясно, обратно на Лисью ярмарку бежать. А страшно, вдруг разбойники вернуться, да и волколак этот, может все еще в елках сидит.

- Ну, плесни ка мне еще немного. Да хорош. Мне ж согреться, а не напиться.

Шепчемся мы, значит, вдруг слышим, женский голос с дорожки.
«Мири, ты?», спрашиваю, «Ты в порядке?», а она говорит: «Я ранена».
Тут уж выбора никакого нет. Нельзя раненого оставить. Выходим с сестрой на ту дорожку и видим: привалившись к обочине лежит наша Мири, а над ней здоровый такой мужик, с мечом, и чего-то от нее требует. А она отказывается.
Ну я, не обращая внимания на этого бравого воина начинаю перевязывать нашу караванщицу.
Парень стоит над нами, смотрит и не уходит.
Она его и спрашивает: «Зачем вы это делаете?».
А он такой: «Нас никто не жалел и мы никого не пожалеем».
Я с перевязкой покончила и спрашиваю: «А жрицы Мелитэле, что вам плохого сделали?».
А он говорит: «И хорошего ничего не сделали».
Тут сестра Ульрика ему напомнила, кто у его матери роды принимал.
В общем, постоял он над нами еще минутку, и видать совесть у него проснулась. А может и гонор взыграл? Ну, где тут воинская доблесть, трех беззащитных женщин на дороге прирезать? Развернулся, да пошел восвояси.
А мы, давай Богиня ноги, припустили на Лисью ярмарку.
Оказывается, все наши защитники туда вперед нас добрались. Только ведьмак, да один из каравана пропали куда-то. Ну да ладно, сразу скажу, назавтра все нашлись живыми.
А нас на ярмарке в госпиталь скорее проводили. Мы с Ульрикой молитву вознесли, а Мири ее родич, врач из госпиталя нашего, каэдвенского, подлатал.
В общем, благополучно обошлось, можно сказать. Вот только домой идти все по тем же елочкам, а потом мимо Скеллиге.  Посовещались мы и решили, что на сегодня уже довольно натерпелись. Пойдем путем более безопасным, хоть и куда более длинным. Обойдем разбойный участок полями. Ну и пошли.
Ох, подруга, не передать, как мы вымокли. Зачем только у костра сушились.? Благодарю Богиню, что ноги не переломали. Но вымазались грязью все. Шли без фонарей, чтоб себя не выдать. Но дошли. Добрались! Вот и ворота Каэдвена. Только и мечтаем о жарком огне в печи, да о сухой кровати.
Тут на воротах стража: «Кто там?!» - кричит.
Спутники наши отвечают: «Торговый дом Эстер».
Мы с сестрой -  «Жрицы Мелитэле», говорим.
Нас впускают и тут же: «Торговый дом Эстер под стражу! В тюрьму! Жриц не трогать!».
У нас аж ноги подкосились. После всего пережитого тут встреча уж больно прохладная.
Хотели с Ульрикой вмешаться, да похоже стража пьяна в доску. Того гляди хуже сделаем. Оставили на завтра, а сами в храм пошли.
Пала я на колени пред алтарем и возблагодарила Богиню, за ее милость к нам и за то, что живыми и здоровыми до дому добрались.
А дома хорошо. Гин лампы засветил. Сестра Мелисса чай оставила на печке. Горячий, да с лимоном. Ох, благость. А матушка выслушала нашу историю, возблагодарила Богиню за наше благополучное возвращение и первым делом обещала завтра о судьбе Эстеров разузнать.
Попили мы с сестрами горяченького и спать разошлись.

- Вот такая среда была. Смотри ка, кувшин опустел. Ты еще хочешь? Вот и я тоже, чаю лучше. Трактирщик! Можно ль чаю с лимоном? Ну ладно, с яблоком тогда. Эх, какой чай наша Мелисса заваривает, так вот…

С утреца оказалось, что торговцев отпустили, велев им армию к обеду собрать, иначе казнят. Это наш король мотивацию такую для купцов придумал, видать.
Никаких сил смотреть на это непотребство нет. Да только единственное, как помочь можем, укрыть в храме от преследования.
В общем, помолилась я об их благополучии Богине и стала думать, как же до Нильфгаарда-то добраться. Далеко, да боязно в одиночку. Но и тут Мелитэле не оставила.
Так уж вышло, что недалеко от нас стоит Храм Вечного Огня. И хоть религия чуждая и конкурирующая, в некотором роде, однако с ее служителями мы в дипломатических отношениях и не враждуем. Так вот, в ответ на мои размышления Богиня прислала мне в сопровождение целого настоящего рыцаря. Хоть и последователя Храма Вечного Огня. Ему тоже до Нильфгаарда очень надо было. В монастырь Черного Солнца. Про их религию послушать, о своей рассказать.
Вот так и вышло, что я и сэр Вильфрид Венцк оказались вместе в пути. И снова до Скеллиге без происшествий дошли. Я ему байки о вчерашних приключениях рассказывала. А еще предания о том, что культы Мелитэле и Вечного Огня когда-то против Львиноголового Паука вместе сражались. И что с этим Пауком, похоже, вновь неладно.
Сказать-то сказала, а источник назвать не могу. Не рассказывать же, в самом деле, ему про то, что матушке Атталике нашей, сны сняться жуткие?
В общем, дошли мы спокойно вполне. И опять на дороге тот веселый нильфгаардец, с забинтованным пальцем попался. Но заверил, что побеседовать все равно дойти надо. Только теперь Стефана спрашивать. Это повезло, что мы на него наткнулись, а иначе бы что?
А в Скеллиге тишь, да гладь. Хутор такой чистенький, лавки торговые. Не подумаешь, что тут где-то те наши вчерашние разбойнички обитают.
Подошли мы к кузнечной лавочке, а хозяин там давай свой товар нахваливать.
«Товар-то и впрямь, хорош», - говорю, - «вот только ночью на этом самом перекрестке меняя лихие люди ограбили, а потому, денег у меня и нет».
Кажется, кузнец смутился немного. Может и знал кого из лиходеев-то? Да ладно, товар и впрямь у него загляденье. Полюбовались мы и обещали зайти, как разбогатеем. Два шага дальше сделали, как крик, на всю округу: «Полуденница! Быстро, все в хутор!».
Получается, не зря мы глазели. Прошли бы лавку молча и встретили эту жуть прямо посреди леса. Уберегла Мелитэле. Отвела от опасности.
Спрятались мы с сэром Вильфридом на хуторе, обождали когда полуденница мимо проплывет.

- Вот где страх-то подруженька! Вроде девка, как девка, с серпом и в веночке, а смертью от нее так и веет! Орешков хочешь? К чаю-то? В кошеле вот таскаю, на такой случай. Ну, слушай дальше.

Мы, с сэром Вильфридом дальше пошли. Мимо ворот Цинтры, мимо Брокеллона. Там дриад видели. Ну духобаб, если иначе. Грозились они из лука стрелу пустить. Да благословила я их имени Мелитэле, нас и пропустили. Хотела б я утверждать, что так имя Матери на них подействовало, но кажется, они скорее просто опешили от такого подхода.
В общем, Брокеллон-то мы миновали, да только заплутали, похоже. Дорогу на Нильфгаард никак найти не можем. Крутились-крутились, выбрели к домишку лесному, чудному какому-то. Косточки там у них висят, черепа.
Нам навстречу женщина выходит. В гости приглашает, по-доброму так, ласково. Ну, так и мы к ней со всей душой. Вежливо поговорили, попить попросили. Разузнали, что и как.
Они с сестрицей тут вот живут, добрым людям помогают. Про болезни и врачевание все-все знают.
Раз так, похоже, сама Мелитэле меня сюда привела. И пусть кто-то и скажет, что больно хозяюшки на ведьм похожи, я ничего, кроме добра от них не видела.
Зашли мы, с рыцарем в избушку. Сказали, что знаний, как людей излечивать ищем. Хозяйки и говорят; «Что же, помочь-то можем. Вот только принеси ка ты нам букет цветов полевых и свинку. Очень уж свининки охота покушать».
Поклонились мы добрым женщинам, поблагодарили за прием и обещали постараться все исполнить. А напоследок спросили, как в Нильфгаард пройти. Они и указали.
Вышли мы на дорогу, да направились к Назаиру. Так ближний нильфгаардский город назывался. Идем, беседуем. Вдруг, вижу, навстречу нам что-то такое огромное, серое, лохматое.
Матушка-Мелитэле, охрани. Волкалак!
Я как закричу «Волкалак, бегите, люди добрые!». Люди добрые, и мы, значит, в лес с дороги. Волкалак тоже, только на другую сторону.
В общем, по кустам, по кочкам, обошли опасное место, на дорогу воротились, а тут и Назаир.

- Ты как, спать еще не хочешь? Интересно дальше послушать? Ну, это, пожалуйста. Мне только волю дай, до утра не примолкну. Да шучу я, пан, шучу. Не волнуйтесь так, выспитесь! Мы вот сейчас с подругой еще по кружке чаю и тоже спать устраиваться будем.
Какой пан нервный. Корчма-то небольшая, кто на лавке спит, а кто тут же лясы точит. Всем хорошо, а ему мешает, вишь. Ну ладно.

Стоим мы, стало быть, возле Назаира и думаем, дальше идти, или заглянуть, на город посмотреть. Ну, когда еще здесь окажемся?
И тут крики «Брукса! Брукса!». И несется к городу несколько человек, с той стороны, куда мы направляться должны были. Тут-то мы и определились с планами. Тем более в числе прибежавших докторица из местного госпиталя была. Говорит, ходила в соседний город, в госпиталь, узнать, нет ли у них рецепта от болезни нужного. Сидит у них в госпитале больной, а что с ним, да как лечить, не знают. Ну, точно, Мелитэле меня к ним послала. Я-то эту болезнь знаю, и рецепт в книжице от той чесотки у меня записан.
Пошли мы в госпиталь. Пришлось сэру рыцарю в приемной меня дожидаться, пока мы с новой моей знакомицей, доктором Айдин Ваячек, премудростями обменивались.
Простились мы да дальше направились. К чайной в военном лагере. В город нас пропустили и Стефана мы нашли. Присел он с нами переговорить и сказал, что были они уже с таким разговором у матушки в Цинтре. Впрочем, и мне есть чем тут заняться. Дойти можно до монастыря Черного солнца, там поговорить с настоятелем.
Что же, в монастырь нам так и так надо. Мой спутник туда идет ведь.
В общем, теперь в сопровождении высокого начальства, а милсдарь Стефан как я поняла, связями с иностранными государствами заведует, идем к монастырю.
Выходит нам настоятель навстречу. Мужчина статный, высокий, а с повязкой на глазах. Слепой.
Поприветствовала я его. Рассказала, зачем пришла сюда. О Матери нашей, Мелитэле рассказала и попросила мне про их Великое Солнце объяснить.
Ох и суров оказался отец-настоятель. О Матери они слыхали и не отвергают этого верования, однако по его словам всему голова Всеотец – Солнце! Без него жизни нет, согревает оно, свет дает – все в нем.
Подискутировали мы, да согласились, что каждый при своем останется.
Тут моего спутника очередь пришла говорить о Вечном Огне. А я увидала друидов у стен обители и решила, что самое время им передать приглашение от матушки Атталики, чтоб в Каэдвен приходили.
Вдруг слышу «Ересь!» Оборачиваюсь, а мой рыцарь на земле у стены лежит, кровью истекает.
Мама дорогая! Милетэле помоги мне! Кидаюсь к нему, перевязываю. Тут же в монастыре, оказывается, есть вполне обустроенный госпиталь. Доктор из него, Бригитта, весьма любезно уступает мне операционную. Возношу молитву Богине и шью сэра Вильфрида, стараясь унять дрожь в руках. А его тем временем цепью к столу приковывают.
Очень сердитый этот их Отец. Нетерпим совсем к другим религиям, кроме Мелитэле. Вот рыцарь храма и поплатился.
Операция прошла успешно, вот только отпускать нас никто не думает. Вернее, меня и не держат, да куда я пойду? Обмениваюсь с братом Бригиттой, они там все «брат», даже женщины, рецептами, а сама судорожно думаю, как нам выбираться-то? И тут слышу, они кричат, что костер для еретика уже приготовлен.
Страшно-то как!
«Вот и Чара наша, небось, так в этих краях сгинула». «Чара?» - Говорит Бригитта,-  «есть тут такая».
Вот это прям даже как-то слишком много переживаний для одной небольшой меня! Но нет же, вот она, Чара наша, стоит, меня по имени называет. Обнялись мы с ней. Рассказала ей про то, что дома происходит. Да и про нашу беду, что приключилась у них, рассказала. Спросила, как она здесь сама? И впрямь ли верит в этого жестокого бога, что невинных путников жечь велит?

- Ты-то, Агнешка, Чару помнить должна. Она у нас при храме медицине обучалась, а потом в Назаир, на алхимика учиться пошла и сгинула. Ну, вспомнила? То-то.


А она говорит, «Не помню, как тут оказалась. И вообще ничего не помню после академии, что случилось. Домой ехала, а потом раз, и у братьев очнулась».
Я говорю, чего же не убежишь? А она - что боится. Братья фанатичны. Для них человека сжечь, дело благое.
Тем временем за кузнецом послали, цепь снимать и на костер рыцаря вести.
Тут я в голос взмолилась: «Помоги, Мелитэле, выручи из беды!». Потому как что поделать-то могу? Только рядом встать и сказать «Не уйду, жгите, как есть и меня», авось, думаю, задержит это окаянных. Только как сейчас понимаю, наивный это план был. Они братьев своих жгут. Если жертвы нет, добровольно вызывается кто-то из местных и сгорает во-имя Его. Так что и меня б сожгли, отличным образом, думаю.
Сэр Вильфрид поправился, без осложнений, только какая разница, для костра-то?
Цепи начали снимать, и тут он потребовал, чтоб его выслушали. Он оказывается не только рыцарь храма Вечного Огня, а еще и военный советник короля Каэдвена Хенсельта Елинорога. Не знаю как братья, а я опешила. Вот это, значит, рыцарь, с которым мы в кустах от волкалака прятались. Да уж…
Братья ушли совещаться, а сэр Вильфрид просил, если уж суждено ему тут погибнуть, весть о смерти его отнести в Каэдвен.
Однако ж братья со светской властью хоть сколько-то считаются, потому как сбегали чуть не за тем же Стефаном, что у них по дипломатической линии. Но он тоже, не особо смог обнадёжить. Говорит: «Коль примешь веру, вообще беды не случиться. Поклонись  Солнцу, отрекись от Огня и домой пойдешь».
Сэр Вильфрид уперся, потому как никак это невозможно. Зато, говорит, военный конфликт, в случае моей безвременной смерти, весьма вероятен. В общем настоял. Забрал нас тот сэр Стефан из монастыря, повел в военный лагерь. Да не к кому попало, а к самому императору.
Я Чару обняла быстренько, обещала, что буду способ ее вызволить искать и скорее за рыцарями.
К самому императору меня, конечно, не взяли, да и не рвалась я. Зато издалека глянула, как он по двору шел.

- Каков тот ихний император, спрашиваете, пан? Суровый очень, прям вот идет, не смотрит даже, а страшно, что от той полуденницы. Да вы подсаживайтесь, пан, вам, небось, плохо  слыхать от туда? Чаю хотите?

В общем переговорили там рыцари об чем-то, да только, как я поняла, не до чего не договорились. Выходят и этот, дипломат, все свое гнет, смени веру и все тут. А наш: ни в какую.
Тот уже говорит: «Слышь, ты только на словах скажи, что сменил, уйдешь живым и делай, что хочешь».
А Вильфрид отвечает: «Это получается, что я все равно от веры отрекся, потому, как костра испугался. Не пойдет, и все тут».
Очень во мне эти его слова уважение вызвали, хоть и верю я в Мелитэле, а все же нельзя не расчувствоваться. Вот и Стефан этот, или как там его, тоже проникся, наверное, потому, как дверь открыл, оружие вернул и отпустил на все четыре стороны, сказав, что с монастырем объяснится сам.
Ну, мы себя уговаривать не заставили, скоренько в другую сторону направились.
А день за полдень давно уж перевалил, есть хочется. Дошли мы до Назаира и решили в корчму заглянуть. Денег, правда, у нас не густо, у рыцаря четыре медных, да мне две сестра Мелисса утром из казны выдала.
Приходим мы в трактир, большой такой, светлый, а там греча, с молоком, три медных полная миска, до краев. Нам как раз на две порции хватает!
Взяли мы кашу, только сели и тут как ураган налетит. Дождь стеной. Под крышу стали люди набиваться. В том числе и знакомые сэру Вильфриду наемники.
Дождь стих, и мы с караваном до самой Темерии спокойно прошли. А от туда уже и до дома добрались.
Возблагодарила я Мелитэле за благополучное возвращение, выпила чаю, спасибо Мелиссе, в сухое переоделась, да матушке рассказала, что приключилось.
А в Каэдвене дела нехорошие творятся, оказалось. Супруга маркграфа нашего или его сестра, а может и обе, в культе Паука состоят, похоже. А может и сам верховный жрец Вечного Огня тоже. В общем, страсть, что творится. Король умер, при странных обстоятельствах, и кто теперь власть в городе, неясно.
Не зря, в общем, Матушке-то сны страшные снились.
Ну а уж если я в кои-то веки в храме, то и от повседневных дел было никуда не деться. Так что, я даже немного побыла наставницей, когда Мелисса отлучилась куда-то.
Принесли нам, значит, порванного ведьмака.

- Да нет, милсдарыня, не впервые. Часто ведьмаков лечим, у нас там, рядом место есть опасное-недоброе, так туда всем как медом смазано. И ведьмаки тоже бывают, приходят. А потом их к нам приносят, лечить. Так вы слушайте, не перебивайте. И подвиньтесь, а то пану сесть некуда, а Агнешка вон и вовсе, на табурет перебралась.

Так вот, пришла сестра, которая только учебу закончила. Роды принимала, а шить раны, еще не шила. А тут ведьмак. Ну, пошла я с ней, ассистировать, учить же надо.
Сделали все как положено, рану промыли, молитву прочли, начинает она шить, да так неумело…
Спрашивает: «Правильно?»
Ведьмак так заинтересованно голову поднимает: «Это что, практикант?»- говорит.
Я ему: «Не волнуйтесь мастер, у нее и диплом есть» - ну не рассказывать же про родовспоможение?
В общем, совместными усилиями и с помощью Мелитэле вылечили.
А чуть попозже снова сэр Вильфрид приходит. Оказывается, в свете политических перемен он теперь казначей, это хорошая новость. Зато дела в государстве – хуже некуда, вот-вот голод начнется. Это - плохая. И его задача этой еды добыть, чтоб до нового урожая перекрутиться. Так что зовет он меня, как проверенного товарища прогуляться с ним в Реданию, с важной миссией политической - добыть еды.
Что же, я высохла, обогрелась, можно и снова в путь отправляться.
Идем мы знакомой дорогой, новостями делимся и тут впереди что-то здоровое, мохнатое. Отсюда точно не видно, но и проверять, что за тварь, совсем не хочется.
Разворачиваемся, и, дай Богиня ноги, в лес. Так город с другой стороны и обошли. Крапива у них, в Редании, отменная растет. Но до ворот мы добрались.
Постучали, представились, нас к госпоже главе торгового дома Дагеш провели. Сэр Вильфрид рассказал ей о наших надобностях, пообсуждали они и пришли к согласию. Осталось только нам пойти в Каэдвен и подготовить все необходимое для обмена.
Ну, мы выходим из города, и в обратную дорогу. Только уже не по крапиве, а как положено, по тракту.
Тут-то мы и рассмотрели, кто это был, большой и мохнатый – медвелак.
Как за нами припустит, мы бегом в город. Ворота за нами на замок, а зверюга в стены ломится, ходит, рычит.
Весь город к воротам собираться начал. И магички и воины и даже его величество, король Визимир пришел посмотреть.
Ну, милсдарь Дикстра и говорит: «План такой, открываем ворота, впускаем зверя, магички в него кидают огонь, гвардейцы затыкивают копьями».
Так и сделали. Вот только мишка гореть не спешил, а может магички промахнулись?
Врезался зверь в толпу и давай людей бить. Мы в торговом доме, благо он у самых ворот стоял, и закрылись.
Вот так положение. Чудовище бродит по городу, мы сидим, заперты, а время идет, темнеет.
Сэр Вильфрид и говорит: «Медвелак ушел внутрь города. Я быстренько в ворота выскочу, и домой, за деревом на обмен. А ты тут для лечения можешь понадобиться».
И ведь как в воду глядел.


Часть 2
Tags: Ролевой отчет
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments